Акцент судьбы - Страница 41


К оглавлению

41

— Судя потому как он подставил особистов, парень действительно уникален. Но тут есть одна проблема — это не первый случай его стычки со специфическими службами. Не слишком ли часто это стало происходить?

— Но он здесь абсолютно ни при чем.

— Вы так считаете? Однако он резко выделяется из общей массы и этим привлекает внимание. — Адмирал подумал и добавил: — В общем, так, отправляем его на «Дулькан», от греха подальше. Если он такой специалист, то им он остро необходим, у них с персоналом просто беда. Вот там он пусть пока и проявляет свои таланты.

— Господин адмирал, но у нас тоже беда — все наши кадры, вы же их знаете, если и не инвалиды, то почтенного возраста. Молодежи вообще нет.

— Я же сказал: от греха подальше. Инициировать смену начальника особой службы я не намерен: этот случай для него хороший урок, и поводок на будущее прочный. Но служить Томов с ним пока не сможет. Пусть все утихнет, а потом подумаем. Готовьте на него сопроводительную да поменьше расписывайте его уникальность.

Глава 9
БОЕВОЙ ОПЫТ

Станция «Дулькан» находилась на окраине Содружества С одной стороны, довольно далеко от обитаемых систем и добираться до нее приходилось в окружную, через другие периферийные системы, а с другой стороны, совершив затяжной прыжок на три маха, можно было прорваться в скопление обитаемых миров. И хотя возможность такого прыжка была маловероятна, здравый смысл требовал присутствия здесь форпоста.

Однако если здравый смысл и присутствовал в обосновании существования станции, то в поддержании ее в боевой готовности он отсутствовал полностью. Укомплектованность летным составом составляла почти четверть от штатного расписания, техническим персоналом — только треть. Но самое неприятное, что основная масса авиационной техники на станции была представлена моделями весьма преклонного возраста, большинство из которых не могли эксплуатироваться по причине отсутствия запасных частей. Прибывающие на станцию для прохождения службы пилоты с ужасом смотрели на машины, на которых им предстояло служить, и, отбыв свой срок, а то и раньше, с радостью покидали станцию, не задерживаясь ни одного лишнего дня. Технический персонал станции тоже находился в состоянии хронического невыполнения регламента обслуживания, и поэтому обслуживание проводилось только по высокому приоритету, то есть только там, где невыполнение регламента обслуживания могло привести к немедленной аварии.

Когда Ким прибыл на станцию, он был поражен почти полным отсутствием дисциплины. Он долго искал хоть кого-нибудь из хозяйственной части, а потом с тем же успехом начальника технической службы. В конце концов нашел его в санчасти, где тот проходил какие-то процедуры.

— Сейчас тебя внесут в расписание, а пока осмотрись, хотя предупреждаю: особо смотреть здесь нечего. К летунам не суйся — они нас не очень на станции уважают. Техников у нас не хватает, так что нагрузка двойная, поэтому делать надо все быстро, на раздумывание времени нет, если что непонятно — спрашивай сразу. С запчастями все хорошо: их просто нет, снимаем с других машин.

На последовавших своих вахтах Ким воочию убедился в бедственном положении станции. Повсюду стояли остовы наполовину разобранных машин, которые даже не убирали из ангара, чтобы было откуда срочно брать запасные блоки, большинство механизмов не работало, поэтому часть ремонтных операций приходилось проводить вручную, а немалый вес некоторых заменяемых узлов, прямо сказать, не способствовал ускорению работ. Но все уже привыкли к такому и не особенно обращали внимание на царящую вокруг разруху. Через две недели Ким тоже полностью освоился в этой суматохе и на память знал, где можно добыть тот или иной блок, а в случае чего и какую очередную машину поставить под разборку.

Однажды, бродя по складу-ангару, он наткнулся на старый штурмовик «Шмель». Киму уже рассказывали историю, как один из миров Содружества предложил свои услуги по поставке легких универсальных штурмовиков. Название «Шмель» он получил за свою форму, отдаленно напоминавшую одноименное насекомое. Но дальше первой поставки Дело не пошло, конструкция «Шмеля» была настолько отлична от других штурмовиков, что для их обслуживания на станциях потребовалась бы значительная доработка многих систем. И хотя летные характеристики этой машины были неплохими, особенно по тем временам, использование их было прекращено. Так и пылились они в ангарах до лучших времен. Ким заинтересовался «Шмелем». В архиве нашел описание и теперь в свободное от вахты время изучал его конструкцию. Надо сказать, что инженеры того мира оказались на высоте: Ким читал описание штурмовика как интересный роман: там не только указывались те или иные конструкторские особенности, но и давались пояснения, почему было сделано именно так, а не иначе, подробно расписывались возможные применения в боевой обстановке. Особенно его заинтересовал метод маскировки «Шмеля»; основывался он на принципе, который значительно позже стал применяться в разведывательном комплексе «Игла». Суть состояла в применении импульсного реактора ядерного синтеза. Конечно, этот реактор имел массу недостатков, в том числе по размерам и экономичности, но его основное преимущество было в возможности быстрого отключения и столь же быстрого ввода в рабочий режим. А если реактор заглушен, то и обнаружить его на огромных просторах космоса невозможно. Комплекс «Игла», выходя из прыжка, резко ускорялся, сжигая в считанные минуты до девяноста процентов реактивной массы, отключал реактор и, двигаясь дальше по инерции, пролетал систему насквозь и опять уходил в прыжок с собранной информацией. За эту особенность, а также за внешний вид — длина намного превосходила поперечные размеры, — за счет применения многоуровневых систем компенсации ускорений, его и прозвали «Иглой».

41